«Потерянные» баррели: откуда льется неучтенная нефть?

В случае если полмиллиарда баррелей, о которых отчиталось Интернациональное энергетическое агентство, ни при каких обстоятельствах не существовали, нас может ожидать резкий рост стоимости одного бареля нефти

Что случилось бы с нефтяным рынком, если бы все коммерческие складские запасы нефти в Соединенных Штатах, составляющие приблизительно 500 миллионов баррелей, внезапно провалились сквозь землю? Это не праздный вопрос.

Статистика мирового нефтяного баланса, согласно данным Мирового энергетического агентства (МЭА), говорит о том, что производство нефти за последние полтора года превысило спрос (включая нефть и товарные запасы в состоянии транзита) именно на 500 миллионов баррелей. Эти баррели якобы были произведены, но их не фиксирует статистика на стороне спроса. Неприятность стала обширно обсуждаться несколько дней назад, по окончании публикации в The Wall Street Journal.

 Объяснений пропажи публика пока не взяла. Быть может, речь заходит о статистической неточности.

Нефтяной рынок, столкнувшийся с профицитом предложения, переживает мучительный период ребалансировки.

В начале этого года цены упали до уровней, что рынки не видели В первую очередь 2000-х и каковые не снабжают обычное воспроизводство в отрасли. Для восстановления стоимостей нужно, дабы спрос и предложение снова пришли в равновесие.

Данный процесс уже начался. Добыча производителей с большим уровнем затрат замедляется; всемирный спрос на подешевевшую нефть подрастает. Большая часть прогнозистов вычисляют, но, что профицит предложения так велик, что ребалансировка может растянуться на многие месяцы, вероятно до середины 2017 г. а также продолжительнее, а до этого стоимость бареля нефти останутся низкими. Но как высок размер профицита?

Разумеется, что статистические оценки профицита на рынке нефти играются огромную роль в текущих ценовых прогнозах.  В последних числах Февраля МЭА выпустило отчет о среднесрочном (до 2021 года) состоянии нефтяного рынка, в соответствии с которому среднегодовое превышение добычи нефти над потреблением выросло с 1 миллиона баррелей в день в 2014 году до 2 миллионов баррелей в день в 2015 году. Это разрешило МЭА заявить, что ожидать роста нефтяных стоимостей в кратковременной возможности не приходится. Наряду с этим из 2 миллионов «лишних» баррелей в день в прошедшем сезоне только добрая половина взяла правильную классификацию в статистике: 0.77 миллионов баррелей в день пришлась на рост запасов нефти в хранилищах, 0.3 миллиона баррелей в день составила нефть в состоянии транзита.

  Но около миллиона баррелей нефти в день из общего объема оценки профицита в 2015 году МЭА не смогла отнести ни к товарным запасам ни к транзиту и поместила его в категорию «miscellaneous to balance», кроме этого известную как «потерянные баррели» («the missing barrels»).  В случае если мы сложим «лишние» количества, создаваемые раз в день в течении последних полутора лет, мы и возьмём 500 млн. баррелей «пропавшей» нефти, с упоминания о которых начинается эта статья.

Данный количество так велик, что стал причиной в аналитическом сообществе массу вопросов. Тяжело убедить мир в том, что в эру спутниковых фотографий возможно где-то выстроить никем незамеченные нефтехранилища, в которых содержится полмиллиарда баррелей нефти.

Появились кроме того «теории заговора», обвиняющие МЭА в сознательной манипуляции данными для понижения стоимости одного бареля нефти (в итоге, МЭА является представителем государств ОЭСР, большая часть которых являются чистыми импортерами нефти).

Но необходимо подчеркнуть, что постоянный пересмотр и статистические ошибки данных мировых нефтяных балансов являются неотъемлемым элементом нефтяного бизнеса.

При всей критике относительно данных МЭА, другие оценки мировых балансов, каковые воображает секретариат ОПЕК либо американское Министерство энергетики, не говоря уже об оценках частных консалтинговых компаний, страдают от тех же неприятностей с верификацией и надёжностью статистических данных. Что такое «потерянные баррели»?

Эта категория, по сути, представляет собой балансирующую строчок в мировом нефтяном балансе, которая разрешает МЭА привести в соответствие бессчётные неточности и статистические допущения на стороне предложения и спроса.

Принципиально важно подчернуть, что МЭА владеет довольно корректной статистикой для государств ОЭСР, но вынуждена надеяться на достаточно неотёсанные оценки для других стран. Статистика на стороне предложения в большинстве случаев значительно корректнее, чем статистика на стороне спроса. Кроме этого статистика количества запасов в государствах ОЭСР достаточно аккуратна, но другие запасы оцениваются очень примерно. Во-первых, разработка учета потоков при добыче и экспорте нефти разрешает довольно совершенно верно и оперативно узнавать необходимую информацию, а вот информацию о спросе поступают со большим временным лагом, причем от огромного количества потребителей.

Во-вторых, страны ОЭСР имеют прекрасно организованную совокупность анализа и сбора статистических данных, но в государствах, не входящих в организацию, статистика нефтяной отрасли довольно часто не разрешает корректно отслеживать не только потребление, но и состояние товарных запасов а также добычу. В следствии, для оценки текущего краткосрочных прогнозов и состояния рынка МЭА применяет не фактические эти, а собственные оценки, основанные на экстраполяции и моделировании исторической статистики за предшествующие два-три года (как раз в этом временном диапазоне, в большинстве случаев, происходит главная ревизия статистических данных, к примеру, в отчете 2016 года МЭА исправляло исторические балансы за 2012-2014 годы).

Наряду с этим в моменты перелома ценового тренда цена и вероятность неточности возрастают.

Вопрос, так, не в том, дабы всецело избавиться от статистического «шума», а в ограничении его разумными пределами. В какой мере МЭА справлялось с данной задачей? За последние сорок с лишним лет было пара моментов, в то время, когда цифры МЭА демонстрировали значительное (более чем 1 миллиона баррелей в день) превышение производства нефти над товарными запасами и спросом. Это вероятно благодаря переоценки количеств добычи, недооценки количеств спроса и/либо комбинации того и другого.

В 70-е годы ХХ века это, вероятнее, разъяснялось зачаточным состоянием анализа и системы сбора статистических данных МЭА и сознательной дезинформацией со стороны ОПЕК относительно объемов добычи. На протяжении кризиса 1998 года собственную роль, по всей видимости, сыграла недооценка спроса в Азии. Что стоит за отклонением 2015 года?

В какой-то мере МЭА, наверное, недооценивает рост спроса в государствах, не входящих в ОЭСР, в ответ на падение стоимости одного бареля нефти. Собственную роль тут сыграл рост потребления нефти китайскими свободными НПЗ в следствии выдачи им лицензий на импорт нефти, заполнение новых и строительство трубопроводов их технологической нефтью и создание новых мощностей по хранению в Китае и Индии. Тогда возможно ожидать, что эти факторы будут учтены в будущих оценках и исторические балансы будут исправлены. Но все же этого не хватает чтобы растолковать «пропажу» 500 миллионов баррелей нефти. В случае если допустить, что речь заходит просто о статистической неточности и большинство «пропавших баррелей» легко ни при каких обстоятельствах не существовала, то размер профицита предложения над спросом вовсе не так велик, как думает большая часть игроков нефтяного рынка.

В феврале на основании собственной статистики о росте профицита предложения МЭА объявило, что не приходится ожидать роста нефтяных стоимостей в кратковременной возможности. Но за месяц, прошедший с даты опубликования отчета, цена барреля Brent выросла с $33 до $42, либо практически на 30%. В случае если 500 миллионов баррелей не пропадали легко вследствие того что ни при каких обстоятельствах не существовали, нас может ожидать значительно более стремительная, чем ранее предполагалось, ребалансировка рынка и резкий рост стоимости одного бареля нефти. Быть может, «пропавшие» баррели объявятся и нам растолкуют, в какой категории баланса были неточности.

Но фундаментальная неопределенность на нефтяном рынке сохраняется.

Источник: www.forbes.ru