Не ужасный конец, а ужас без конца

Незадолго до, 18 ноября, вечером российские каналы распространили сенсационное заявление президента России Владимира Владимировича Путина. «Сегодняшний плавающий курс рубля намного лучше, надежней прошлого фиксированного», — сообщил русский президент, выступая перед представительным собранием, на котором находились влиятельные правительственные госслужащие. Выполнена оптимизма была и начальник Центрального банка Эльвира Набиуллина. Постоянный создатель Haqqin.az русский специалист Дмитрий Докучаев отправил в связи с сенсацией следующий комментарий.

Из-за чего рубль покатился вниз

Самая волнующая тема для россиян сейчас — это, непременно, рубль. Обесценение национальной валюты в этом году стало шоковым для населения — за двенадцать месяцев рубль утратил 45% цене к доллару и 34% к евро, причем больше половины от этих цифр падения пришлось на последние два месяца. В случае если к сентябрю за американский доллар давали менее 37 рублей, а за евро — порядка 48, то на данный момент американская валюта стоит около 47 рублей, а европейская — в районе 59.

Подобный обвал происходил в истории России лишь один раз — по окончании дефолта в августе 1998 года, в то время, когда практически за пара дней курс американского доллара взлетел с 6 до 21 рубля. Кроме того в разгар кризиса финиша 2008 — начала 2009 года «плановая девальвация», которую тогда проводили власти, была более щадящей.

Специалисты уже несколько раз успели растолковать, из-за чего этой осенью рубль покатился вниз с таковой невиданной скоростью.

Во-первых, быстро и заметно снизилась в цене нефть: еще летом ее цена с уверенностью превосходила отметку в 100 долларов за баррель, на данный момент — не дотягивает и до 80. В это же время нефтепродукты и нефть — это добрая половина русского экспорта (а вместе с газом, цены на что привязаны к нефтяным — две трети). Разумеется, что снижение цены «нефти» приводит к заметному уменьшению поступления валюты в страну, делая ее дефицитным товаром.

Во-вторых, русский экономика еще до падения нефтяных стоимостей начала тормозить, и к настоящему времени совсем прекратила расти.

Это указывает, что какие-либо возможности по наращиванию экспорта на данный момент отсутствуют. Исходя из этого количество валюты в стране не возрастает, при том, что спрос на нее лишь растет. В-третьих, собственную негативную роль сыграли экономические санкции, каковые были введены государствами Запада. Самый болезненный для России момент в этих санкциях — запрет на привлечение средств на рынке капитала. Казалось бы, под санкции попало ограниченное число банков и компаний, но, в действительности, сейчас фактически никто из русского корпоративного сектора не имеет возможности ни кредит привлечь на внешнем рынке, ни собственные акции реализовать.

В это же время, гасить собранные ранее долги банкам и российским компаниям необходимо неизменно: до конца нынешнего года — порядка 60 млрд. американских долларов, в следующем году — еще 120 млрд. Эти доллары США в отсутствии внешнего кредитования им приходится закупать на внутреннем рынке, что также значительно подогревает спрос на зарубежную валюту.

К чисто экономическим обстоятельствам нужно добавить и психотерапевтический момент.

Он связан с неспециализированной неопределенностью возможностей экономразвития в условиях политического противостояния со государствами Запада. Это ведет к полному непониманию со стороны русского бизнеса того, что будет в стране через месяц, через полгода либо через год.

И опять ветхий русский вопрос: кто виноват?

И в данной ситуации многие граждане России предпочитают переводить собственные накопления в зарубежную валюту, а предприниматели — еще и выводить капитала из страны.

Не просто так оттекание капитала в текущем году, по официальным прогнозам, будет равна примерно 130 млд дол.

Узнаваемый русский экономист Сергей Алексашенко, в прошлом занимавший большие должности в управлении Центробанка и Минфина, а сейчас живущий и трудящийся в Вашингтоне, назвал в беседе с автором этих строчков подобную обстановку «совершенным штормом» для рубля: все негативные факторы сложились этой осенью так, что он просто не мог не обвалиться.

Но, появляется вопрос: имел возможность ли что-то противопоставить этому обвалу Национальный банк, в чьи конституционные обязанности, как мы знаем, входит обеспечение устойчивости национальной валюты?

Сначала Банк России по большому счету никак не реагировал на дешевеющий на глазах сутки ото дня рубль, после этого последовали какие-то действия: резкое увеличение главной ставки с 8 до 9,5%, включение механизма РЕПО, проведение валютных интервенций (лишь в октябре на эти цели ЦБ израсходовал 30 млрд. долларов), объявление о валютных аукционах. Но было уже через чур поздно: рубль валился с еще большей скоростью. И только в то время, когда вправду «запахло жаренным» — в частности, паникой населения, которое бросилось в массовом порядке снимать собственные рубли с банковских квитанций и переводить их в доллары США и евро, — тогда Национальный банк решился на кардинальные действия.

10 ноября рубль был отпущен в «свободное плавание»: ЦБ упразднил границы коридора доллара США и Евро и привязанные к ним регулярные валютные интервенции. Помимо этого, было введено временное ограничение выдачи ликвидности русским банкам. Такие шаги регулятор растолковал необходимостью снизить спекулятивную активность на валютном рынке.

Но, кроме того людям далеким от денежного мира, ясно: дело отнюдь не в ужасных и загадочных биржевых спекулянтах — они только воспользовались подходящей обстановкой на рынке для собственных игр. Дело в фундаментальных экономических обстоятельствах. Как свидетельствует нынешняя обстановка на валютном рынке, власти так же, как и прежде действуют в логике девяностых — «нефть в обмен на продовольствие», исходя из которой доходы бюджета формируются за счет нефтедолларов, а внутреннее потребление основано на ввозе товаров из зарубежа.

Собственного производства потребительских товаров нет из-за дорогих денег. В условиях дешевеющей нефти таковой режим машинально ведет к падению бюджетных доходов, девальвации, разгону инфляции и сокращению импорта.

Узнается, что пополнять казну рублями, в то время, когда долларовых поступлений делается меньше, власти смогут (причем легко) за счет одного-единственного приема: повышения цены американской валюты по отношению к русскому — обесценение национальной валюты на один рубль дает порядка 70 млрд. рублей дополнительных бюджетных доходов. И по сей день, в то время, когда случилось угрожающее удешевление нефти — она за шесть месяцев утратила треть собственной стоимости, опустившись до 78 долларов за баррель, — власти не преминули воспользоваться этим нехитрым рецептом.

Операция-девальвация

В следствии, очень возможно, что сегодняшний фискальный год, не обращая внимания на все трудности, будет закончен без недостатка. Так как доходы в рублевом измерении из-за резкого обвала курса не упадут. Да и залезать в «кубышку» резервных фондов больше для помощи рубля не пригодится.

Все это рождает важные подозрения в том, что при всех объективных условиях девальвация рубля была все-таки делом рукотворным.

Банк России, перед тем как начать без шуток функционировать, просто-напросто выжидал до тех по, пока падение курса национальной валюты по отношению к доллару в процентах не окажется равным удешевлению барреля нефти. Для того, чтобы в следствии доходы русского бюджета не сократились. В случае если эта «конспирологическая» версия верна, то операция «девальвация» очевидно влияниям удалась.

Вот лишь расплачиваться за ее блестящее проведение придется, как неизменно, простым гражданам, каковые уже столкнулись как минимум с двумя проблемами. Во-первых, на глазах обесценились рублевые накопления тех, у кого они были.

Во-вторых, начала раскручиваться инфляция. Еще летом она оценивалась в годовом выражении в 6-6,5%, на данный момент власти вслух говорят о 9% за весь год, а свободные специалисты пророчат двузначную инфляцию. А на продуктовом рынке, где плюс ко всему еще ведется «война санкций» стоимость повышаеться еще стремительнее.

И это еще «цветочки». Специалисты обращают внимание на то, что зависимость цен на услуги и товары от валютного курса в экономике, которая сидит на сырьевой игле, a priori весьма громадна.

По оценкам аналитиков, часть импорта в отечественном станкостроении превышает 90%, в тяжелом машиностроении — 60-80%, в легкой промышленности — 70-90%, в электронной индустрии — 80-90%, в фармацевтической, медицинской индустрии — 60-80%, в производстве спецстали — до 70-90%, в товарных ресурсах розничной торговли — больше 40%. При таких данных, позиция невмешательства правительства в обстановку на валютном рынке может дорого обойтись гражданам России. С высокой степенью возможности в стране разовьется гиперинфляция, в то время, когда стоимости будут расти на 20-25% и выше в год, а также сверхжесткая резкое повышение и денежная политика главной ставки ЦБ ничего не позволит.

Все это может привести к очередному денежному кризису, как в девяностых годах — опять неплатежи, долги по заработной плату, бартер, другие схемы и векселя ухода от дешевеющих денег.

Пока же власти пробуют «заговорить» рубль, заменив финансовые вливания в рынок словесными интервенциями. В последние дни раздался множество заявлений и от руководителей страны, и от профильных министров, и от начальников Банка России о том, что рубль-де недооценен и его неизбежно ожидает упрочнение.

Но «мантры» в текущей обстановке не трудятся и возможности находящегося уже в свободном плавании рубля так же, как и прежде туманны: в первых рядах его ожидают новые рифы и мели…

Дмитрий Докучаев

Источник: inosmi.ru