Насколько вырастут цены на лекарства?

По окончании праздничных дней зашла в аптеку — у мамы к 87 годам практически пятидесятилетний стаж гипертонии. Уже на втором препарате я начала ойкать от стоимостей, каковые именовала провизор, а перечень у меня был — под дюжина наименований. Она отреагировала на мои всхлипы: «Нужно было не гречкой по осени запасаться, а лекарствами, раз у вас препараты по жизненным показаниям, и все нужно принимать длительно». Да не просто длительно, а до самой смерти. На пятом пункте моего перечня мы споткнулись: не все имеется в наличии.

Пропало совсем либо все-таки будет? Провизор успокоила: «на следующий день будет, но возможно дороже: то, что завозили в декабре, кончилось, а очень многое из нового завоза уже по второй цене».

По окончании похода в аптеку осталось большое количество вопросов. Как вырастут цены на лекарства и как скоро? Не провалятся сквозь землю ли импортные препараты?

Будут ли обеспечены самые уязвимые больные? Сможет ли государство снабжать льготников? И не превратятся ли аптеки в бутики, торгующие брендовыми товарами для узкого круга избранных клиентов? И вот еще неприятность, основная: возможно обходиться, к примеру, без деликатесных сыров, возможно кроме того классическое домашнее меню сделать дешевле, но препараты, назначенные по жизненным показаниям, людям нужно будет покупать — какое количество бы они ни стоили.

Что все-таки нас ожидает?

Имеется хорошие новости.

Как заявил сообщил глава пресс-службы Минздрава России Олег Салагай, недостатка лекарств для льготных категорий граждан не будет. По данным на 30.12.2014, в регионах организованы запасы лекарственных средств в среднем на 4-5 месяцев общей стоимостью более чем 17 млрд рублей. По всем позициям «7 нозологий» закупки осуществлены более чем на 9 месяцев.

В эту группу вошли самые «дорогостоящие» болезни: гемофилия, муковисцидоз, гипофизарный нанизм, заболевание Гоше, миелолейкоз, рассеянный склероз, и иммунодепрессанты по окончании трансплантации органов. Все люди, страдающие этими болезнями, смогут безвозмездно приобретать препараты, входящие в перечень «7 нозологий».

Еще одна новость: 30 декабря 2014 года, по прошествии четырех лет, был обновлен перечень ЖНВЛП — жизненно нужных и наиболее значимых лекарственных препаратов. В данный перечень, утверждаемый правительством, входят препараты, цены на каковые регулируются страной.

В новый список добавили 52 препарата, и всего их сейчас 602. Включение новых препаратов — долгожданное событие, поскольку они появляются каждый год, а тут в течение четырех лет не было никаких новинок. Препараты из списка — база комплекта, что употребляется в стационарах, выписывается льготникам.

Они продаются и в розничных аптеках. На них зафиксированы предельные отпускные стоимости для производителей и предельные надбавки, каковые смогут заложить продавцы и оптовики. Цены зафиксированы в рублях. С 2010 года зарубежным производителям не разрешили поднять цена товара кроме того на величину инфляции.

Казалось бы, возможно радоваться: государство заботится о доступности лекарств, не позволяет наживаться на отечественных заболеваниях. Но разумеется и второе: никто не имеет возможности торговать себе в убыток. В прошлые годы большие фармпроизводители стремились попасть в перечень ЖНВЛС, по причине того, что это база госзакупок, а госзакупки — это гарантированный сбыт.

Но обвал рубля испугал чужестранцев: в случае если российское правительство удерживает рублевые стоимости, а рубль быстро дешевеет, то стоит ли входить со собственными препаратами в перечень ЖНВЛП?

А вот что говорит министр Вероника Скворцова: «За прошедший год рост цен на препараты, включенные в список ЖНВЛП, в среднем составил 2,3%».

Но кроме того согласно данным из официальных источников Росстата, инфляция в 2014 году была 11,4%. Не сбегут ли в таких условиях зарубежные производители со собственными препаратами с отечественного рынка? Не останемся ли мы с низкими стоимостями, но без лекарств?

За ответом мы обратились к биофармацевтической компании «АстраЗенека Российская Федерация».

председатель совета директоров Искра Рейч пояснила, что фиксированные стоимости — это, само собой разумеется, некий вызов для бизнеса, но хорошая новость для больных: «У нас нет выбора. Мы социально важная компания, и мы желаем долговременного сотрудничества с Россией. Приоритет компании — доступность отечественных препаратов для больных, соответственно, и их наличие в перечне ЖНВЛС».

Тяжелый вопрос: не уменьшатся ли госзакупки, поскольку 50% портфеля компании на русском рынке приходится на данный сектор?

«Мы оптимисты, — утверждает Искра Рейч, — на поддержку тяжелых больных, которым нужны инновационные препараты, государство будет тратить средства, они не останутся без социальной помощи. Для больных с онкозаболеваниями, с тяжелой астмой, с хронической обструктивной заболеванием легких у большинства отечественных препаратов нет альтернативы».

Уменьшатся ли продажи в рознице? Генеральный директор говорит, что для того чтобы бурного роста, что был в 2013-2014 годы, не будет (лишь за первое полугодие рост продаж компании в Российской Федерации составил около 20%). Но компания, однако, развивает программы помощи больных.

В 30 регионах, в 6000 аптек она ввела «карты здоровья», снабжающие скидки для тех, кому приходится систематично брать эти препараты. У «АстраЗенеки» инновационные препараты. С одной стороны, в их производство положены огромные средства, но с другой — это прорывные, безальтернативные лекарства для последовательности болезней. Компания приостанавливать их поставку в Россию, не обращая внимания на дополнительное обременение, не будет.

Однако, как поведал директор по работе и корпоративным связям с национальными органами компании «АстраЗенека» Юрий Мочалин, Ассоциация европейского бизнеса на данный момент собирает сведения о компаниях, каковые не собираются продолжать поставки при фиксированных стоимостях 2010 года, не готовы к обременению в условиях экономической неопределенности.

— Быть может, компании будут повышать цены в рознице, дабы компенсировать утраты в госзакупках? — пробую я нащупать «подводные камни». Но Мочалин уверен в том, что в случае если на препараты в аптеке существенно поднять цены, то их просто не приобретут. Любая компания идет своим методом.

Кто-то готов временно отказаться от прибыли, только бы войти на рынок, дабы «раскрутить» препарат. Кто-то будет убеждать собственные штаб-квартиры в необходимости временного понижения замыслов по прибыли. В любом случае, увеличением розничных стоимостей компенсировать нынешнюю курсовую отличие нереально, не покроешь и утраты от фиксированных стоимостей в ЖНВЛП.

Бизнесу непросто, а больной между Сциллой и Харибдой: либо взлет стоимостей, либо уход части зарубежных производителей вместе с лекарствами.

Имеется «запасной» путь. Как заявила Вероника Скворцова, из 608 препаратов обновленного списка ЖНВЛП 67% уже изготавливаются в Российской Федерации.

В это число входят и личные производства, и те, что локализованы у нас зарубежными компаниями. Действительно, эта цифра — 67% — может очень сильно уменьшиться в 2016 году по причине того, что Минпромторг разрабатывает новые критерии локальной продукции.

Говорят, препараты, каковые лишь упакованы в Российской Федерации, отечественными принимать во внимание не будут. Так желают стимулировать зарубежных производителей укоренять собственный производство у нас — но отправятся ли на это компании в условиях нестабильности?

Показались в Российской Федерации и личные фирмы, каковые занимаются разработкой и исследованиями новых препаратов. Но их до тех пор пока возможно по пальцам пересчитать. Остальные изготавливают лекарственные формы из китайского сырья.

В условиях, в то время, когда государство регулирует цены на лекарства, нужно следить и за тем, как это соблюдается в регионах, да и в конкретных аптеках (компетенция Росздравнадзора). Так, к примеру, в прошедшем сезоне, согласно данным мониторинга Фонда «Здоровье», препарат из перечня ЖНВЛП бортезомиб (для лечения онкологических болезней) при предельной отпускной цене 44,2 тыс. рублей в Калужской области закупался по 60,8 тыс., в Москве — по 48,6, в Пензенской области — по 48,8 тыс.

Еще больше разброс закупочных цен на препараты, не вошедшие в ЖНВЛП: противоопухолевый препарат адалимумаб в Белгородской области в 2013 году закупался по 65,5 тыс. рублей, а на Камчатке — по 130 тысяч.

Людмила Рыбина

Источник: novayagazeta.ru