Мало не покажется никому

Греческий кризис докатился до России: рубль быстро снизился в цене относительно доллара, а также в правительстве заговорили, что отечественная валюта может слабеть и дальше. Неопределенность около балканской страны угрожает всем мировым рынкам, каковые и без того будут в подвешенном состоянии.

На протяжении торговой сессии 7 июля курс рубля на Столичной бирже обвалился сходу на 80 копеек, преодолев отметку в 57 рублей за американский доллар.

Это самый низкий показатель В первую очередь апреля, и, думается, российской валюте еще имеется куда падать. Ослабление рубля, непременно, коррелирует с кризисом в Греции — с момента, в то время, когда глава правительства данной страны Алексис Ципрас заявил о проведении референдума, американский доллар укрепился практически на три рубля.

Очевидно, имеется и другие факторы.

Упала и стоимость одного бареля нефти: частично также из-за Греции, но в основном на ожиданиях отмены санкций против Ирана. С высокой возможностью Исламская республика способна поставить на рынок 500 тысяч баррелей в течение нескольких месяцев, и с учетом не самых блестящих возможностей глобальной экономики это может весьма быстро снизить цены. Фактически, трейдеры на это и закладывались, понизив Brent на 6 процентов за два дня.

Так или иначе, но со слабеющим рублем, думается, готовы согласиться кроме того в высших эшелонах власти России. Министр экономики Алексей Улюкаев признал, что рубль может подешеветь.

И выделил, что греческий кризис способен привести к оттоку капитала с развивающихся рынков. В Российской Федерации оттекание в последние месяцы быстро замедлился (благодаря снижению выплат по корпоративному долгу), но обеспечений, что процесс не возобновится, нет.

С учетом маленького количества торговли между Россией и Грецией, и значительно сократившихся в последний год связей с европейским союзом, влияние на отечественный денежный и валютный рынок греческого кризиса возможно лишь опосредованным. Все зависит от того, как будут ощущать себя сами страны еврозоны в условиях вероятного исключения Греции из валютного альянса. А выбирать придется весьма не так долго осталось ждать.

Конечный срок — 20 июля, в то время, когда Греции предстоит очередной платеж европейским кредиторам. Если он будет пропущен, то дефолт и, следовательно, уход греков в независимое плавание, делается неизбежным.

Алексис Ципрас Фото: Francois Lenoir / Рейтерс

Данный срок вправду конечный еще и вследствие того что события смогут пойти и стремительнее.

Тотальная победа Алексиса Ципраса и его приверженцев на референдуме, где греки дружно сообщили «нет» твёрдым условиям, предложенным в обмен на помощь ЕС, обернулась для всех новой головной болью. Греческое правительство, ссылаясь на вывод народа, может «настойчиво попросить» для себя более мягкого варианта программы помощи, в частности списания части долгов, но как к этому отнесутся кредиторы?

Если судить по дополнительному саммиту ЕС, что открылся 7 июля, важных намерений идти грекам навстречу в том месте нет.

Не смотря на то, что французкий президент Франсуа Олланд четко объявил, что цель саммита — сохранение Греции в еврозоне, представители вторых стран высказываются куда менее миролюбиво. Для премьера Словакии Петера Казимира списание греческих долгов неприемлемо. Вице-президент Европейской комиссии Валдис Домбровскис такого же мнения придерживается, что выход Греции из валютного альянса исключать запрещено.

Ну и самое основное: германский канцлер Ангела Меркель не видит оснований для возобновления переговоров о помощи Греции по линии Европейского стабилизационного механизма ESM. Она утвержает, что без масштабных реформ (просматривай, принятия тех предложений, каковые уже были отвергнуты на референдуме) никакой помощи не будет.

А времени в это же время делается меньше. Денег у греческих банков нет, причем ЕЦБ ужесточил и без того тяжелые условия рефинансирования по программе ELA.

Финансовая система возможно парализована за пара дней. Тогда стране ничего не останется, как выпустить квазивалюту в виде IOU (долговых расписок), дабы платить национальные зарплаты, пенсии и пособия. И это, по сути, главный момент ожидаемого перехода к драхме.

На саммите ЕС Фото: Philippe Wojazer / Рейтерс

Как бы то ни было, но согласия между участниками ЕС о том, как себя вести, нет. Во многом вследствие того что на данный момент нереально оценить, что тяжелее по последствиям: исключение Греции из еврозоны либо, к примеру, списание большой части долга.

Строго говоря, Европа кроме того может от расставания с Грецией что-то победить.

Во-первых, провалится сквозь землю необходимость всегда рефинансировать находящуюся в тяжелейшем положении страну. Средства, тратящиеся на эти цели, растут с каждым новым «бэйл-аутом», вызывая все большее возмущение плательщиков налогов. Среди них и под их давлением Меркель вынуждена занимать твёрдую позицию, которую никак не удается состыковать с пожеланиями самой Греции.

Во-вторых, финал балканского страны приведет к обвалу курса евро.

Для многих государств это создаст дополнительные неприятности, но вот Германия окажется в кратковременном выигрыше. Это разрешит ей расширить экспорт кроме того не обращая внимания на значительное замедление глобальной экономики, которое ведет к стагнации и в самой ФРГ. Недорогой евро способен стать локомотивом для европейского производителя. То же самое в принципе должно случиться и с новой драхмой в Греции, но обеспечить ровный переход от одной валюты к второй легко нереально.

Наконец, еще одно увлекательное последствие потенциального исключения Греции в том, что против нее смогут быть отменены российские санкции. Европейцы, по сути, возьмут окно для экспорта собственных продуктовых товаров в Россию. Не сообщить, дабы для ЕС в целом сумма выигрыша была бы огромной, но эмбарго определенно вредит сельскому хозяйству государств валютного альянса и отыскать лазейку для его обхода было бы громадной политической успехом.

Но, само собой разумеется, ущерб государств-членов Евросоюза от Grexit’а намного значительнее, чем каждые локальные выигрыши.

Во-первых, на долгах возможно будет поставить крест — Афины очевидно не захотят выплачивать их полностью, лишившись стимула это делать. Соответственно, странам континента угрожают убытки в десятки миллиардов евро как минимум. Это трагедия с любой точки зрения. Нельзя исключать, что по окончании происхождения таких дыр нужно будет принимать программы помощи для более успешных участников альянса.

Помимо этого, Франция, другие страны и Германия рискуют лишиться большой части греческого рынка.

Да, территория свободной торговли некуда не убежит, но во-первых, у греков и денег будет меньше, дабы брать дорогие товары из «ветхой» Европы, а во-вторых, с введением новой валюты вырастут торговые издержки. Это снова же миллиарды евро, и для европейских компаний головная боль может оказаться значительно посильнее, чем из-за санкций против России.

Очередь у банкомата в Афинах Фото: Thanassis Stavrakis / AP

Основная же неприятность лежит за пределами денежных вопросов. Евро изначально являлся чисто политическим проектом, призванным сплотить европейские страны еще крепче. Раньше его продвижение замедлялось (так и не удалось включить в состав еврозоны Польшу, Чехию, Венгрию и ряд других стран, и в календаре на ближайшие годы их присоединение к валютному альянсу не значится), но ни при каких обстоятельствах не поворачивалось вспять. Греческий кризис может создать очень неприятный прецедент.

Выход Греции из еврозоны спровоцирует новый масштабный финансовый кризис в ЕС, где с 2008 года никак не удается добиться какое количество-нибудь приемлемых показателей роста. В сочетании с другими негативными факторами глобальной экономики (замедление роста в Соединенных Штатах, фондовый пузырь в Китае, не сильный экономические показатели в Бразилии и ведущих сырьевых державах) последствия будут печальными для всех.

Дмитрий Мигунов

Источник: lenta.ru