Курс недоверия

Отечественной национальной финансовой единице удалось практически неосуществимое: по темпам понижения курса рубль опередил кроме того венесуэльский боливар, валюту второй нефтезависимой страны, известной всему миру отсутствием какой бы то ни было экономической политики. Имеется предлог задуматься о обстоятельствах столь резкого ослабления платежеспособности русских денег.

Первая несколько обстоятельств — торгово-конъюнктурные. Главный экспортный товар России дешевеет (со собственных летних ценовых пиков цена одного бареля нефти снизилась практически на треть), цены на газ благодаря собственной сохраняющейся привязке к нефтяным котировкам кроме этого скоро столь же быстро отправятся вниз.

Так, уменьшаются количества валютной выручки и национальная финансовая единица, по идее, обязана слабеть.

Все это, само собой разумеется, не очень приятно, но очевидно не хватает чтобы обречь рубль на катастрофический обвал. Нормально трудящуюся экономическую совокупность отличают «встроенные стабилизаторы»: ослабление финансовой единицы машинально ведет к удорожанию импорта совершает экспорт более привлекательным. В простой ситуации это должно содействовать восстановлению торгового баланса и частичному выправлению падения курса национальной валюты.

Но отечественная обстановка, разумеется, не совсем простая: имеется еще и негативные политико-конъюнктурные факторы. Экспансионистский внешнеполитический выбор русского управления предсказуемо стал причиной тому, что отечественная экономика была отсечена от главных источников зарубежного капитала. Так, был не только ликвидирован потенциальный источник притока средств в страну в виде инвестиций, но и организован дополнительный спрос на сжимающийся пул дешёвой зарубежной валюты — для погашения накопленных корпоративных внешних долгов, каковые раньше легко продлевались/рефинансировались.

Но кроме того это еще не решение суда рублю.

Большие Банка России и валютные резервы правительства в совокупности с сохраняющимся притоком средств по торговому счету являются подушкой « безопасности», за счет которой возможно довольно продолжительное время финансировать покрытие внешних обязательств. И снова же, выплату долгов машинально формирует предпосылки для упрочнения национальной валюты.

Необходимо признать: важную роль в обвальном понижении курса рубля сыграли кроме этого спекулятивно-конъюнктурные факторы. Отчаянно выбрасывая на рынок миллиарды долларов в поддержку национальной валюты, Банк России одновременно щедрой рукой выдавал рубли кредитным организациям (в ноябре количество задолженности банков перед ним достиг рекордных 6,5 трлн рублей, что по текущему курсу эквивалентно практически 140 миллиардов долларов). Еще бы — бессчётные лоббисты денно и нощно требуют от ЦБ предоставления ликвидности «для кредитования настоящего сектора экономики».

Рационально ведущие себя банки, очевидно, тут же забыли про настоящий сектор и пустились во все тяжёлые на валютном рынке.

Остается лишь удивляться, что созвать банкиров для беседы по душам в центральный офис ЦБ на Неглинной решили не в начале осенней спекулятивной атаки, а лишь 10 ноября. Да и собирать четыре десятка человек очевидно не имело смысла: как мы знаем, погоду на денежном рынке определяют государственные банки, каковые и являются получателями львиной доли ресурсов ЦБ (один Сбербанк планировал в сентябре-октябре привлечь от «родителя» 2 трлн рублей).

В отечественное странное время легко заметить тут заговор против рубля, но, положа руку на сердце, сложно винить коммерческие учреждения, хоть и принадлежащие стране, в том, что они стремятся к извлечению гарантированной самим регулятором прибыли. По-хорошему необходимо или перевоплотить эти банки в госагентства, или приватизировать, но статус-на данный момент через чур удачен для банкиров и чиновников, дабы из-за аналогичных «небольших эксцессов» от него отказываться.

Но все-таки самая серьёзная обстоятельство ослабления рубля в другом. Цена финансовой единицы любой страны Сейчас зависит скорей не от конъюнктуры (цены того либо иного товара, трансформаций в направлениях капитальных потоков, действий спекулянтов), а от главного фундаментального фактора — доверия к проводимой в этом государстве политике, причем не только экономической.

Давление на рубль позвано в основном тем, что по окончании Крыма, антисанкций, «Башнефти» и безудержных налоговых инициатив предприниматели уже не знают, чего им ожидать от правительства на следующий день.

Собственный вклад в обрушение национальной валюты вносят и депутаты, штампующие не совместимые с логикой законы (включая бюджетный), предлагающие «отправить доктора» к управлению Банка России и «запретить доллары США». А простые граждане, заслышав из уст политиков и теледикторов привычные истерические и натужно-оптимистичные нотки, привычно бегут в пункты обмена валют эти самые доллары США закупать.

Стоимость одного бареля нефти может стабилизироваться а также пойти вверх.

Имеется шанс, что мировые рынки капитала непременно приоткроются для русских заемщиков. «Выстроив» государственные банки, на время возможно остановить спекулятивные атаки. Но основной фактор ослабления рубля — недоверие к политике властей России — продолжит функционировать, и до тех пор пока он не преодолен, рубль ни при каких обстоятельствах не станет прочной и надежной валютой.

Олег Буклемишев

Источник: novayagazeta.ru