«Когда пришел Горбачев, было уже поздно»

Политолог и бывший инакомыслящий Глеб Павловский о невыученных уроках 1970-х годов

История СССР 1970-х годов все еще не написана. Из-за чего 1950-1960-е годы были временем расцвета советского общества и как впоследствии оно погибло? Как было разгромлено диссидентское перемещение и чем страшна нынешняя ностальгия по брежневской эре? Об этом в интервью «Ленте.ру» поведал бывший коммунистический инакомыслящий и сегодняшний русский политолог Глеб Павловский.

«Гранды гласности»

«Лента.ру»: Глеб Олегович, в одном из собственных интервью вы заявили, что русскому обществу нужно возвратиться к дискуссии 1970-х годов, в каковые было очень многое заложено и очень многое утрачено. Это время вы назвали крайне важным и одновременно с этим пропущенным периодом нашей жизни. Что вы имели в виду?

Глеб Павловский

Павловский: Эра 1970-х годов была нами утрачена. Это стало заметным еще в конце 1980-х, в то время, когда во время перестройки и гласности на арене нежданно показались «шестидесятники». Причем это был весьма узкий круг персонажей — людей XXII съезда КПСС, успешная карьера которых упала по окончании свержения Хрущева в первой половине 60-ых годов двадцатого века.

Многих из них в 1970-е годы я знал как незаурядных интеллектуалов, но во второй половине 1980-х эти «гранды гласности» внезапно заговорили какими-то неспециализированными формулами и ничего не смогли предложить отечественному обществу.

Чем вы это имеете возможность растолковать?

Оскуднением среды.

Осознаёте, еще в первой половине семидесятых годов прошлого века, в то время, когда я лишь приехал в Москву, это была культурная столица мирового уровня. Было ощутимо влияние русской хорошей традиции и ужасного опыта ХХ века. Мы сохраняли надежду, что данный подпирающий нас культурный вал в обязательном порядке чем-то прорвется — нужно подставить собственный плечо.

Но позже одних арестовали, другие уехали в эмиграцию, а остальные .

В следствии в конце восьмидесятых годов прошлого века вперед выдвинулись люди с каким-то совсем нищим и плоским дискурсом, но с претензией на представительство от имени России. Они вечно клеймили советскую совокупность, но не видели в стране сколь-нибудь сложного опыта, что имели возможность бы передать.

Исходя из этого, обличая существующий режим, «шестидесятники» финиша 80-х не смогли толком сформулировать повестку дня для общества ни по одному вопросу политики, экономики, национального строительства.

 

 

Президиум XXII съезда КПСС

Фото: РИА Новости

1/2

Так отчего же как раз они выдвинулись, а не поколение 1970-х?

Они лучше нас умели упрощать. «Семидесятникам» весьма мешал интуитивизм, склонность к сомнениям, чувство достатка возможностей вариантов. «Шестидесятники» еще в брежневскую эру нам казались людьми прошлого дня. То, что именно они стали авангардом перестройки во второй половине 1980-х, показывает, что общество . Александр Галич так как не напрасно призывал опасаться тех, «кто знает, как нужно». «Шестидесятники» именно относились к тем, кто все знает.

Я тогда осознал несложную вещь: мало волноваться глубину происходящего интуитивно. Принципиально важно в исторический момент иметь ясное политическое предложение для общества. В Российской Федерации все, что своевременно не получило политическую форму, исчезает и забывается окончательно. И у нас 1970-е годы испарились — от них практически ничего не осталось.

Но из-за чего так произошло?

Сейчас случилась деградация интеллектуальной среды?

Нет, в 1970-х интеллектуальной деградации не было, годы состоялись в активной полемике общества с властью. Это было долгое перемещение, которое началось с середины 1960-х годов. Я был полностью уверен, что отечественное перемещение (мы тогда еще не применяли термин «инакомыслящие») есть неустранимой частью публичной жизни.

Но я ошибался — к началу 1980-х годов какое-либо организованное инакомыслие было подавлено. В то время, когда в начале 1986 года я возвратился из ссылки в Москву, город стал вторым. Вместо прошлой европейской культурной столицы я заметил унылый, спивающийся депрессивный город. К счастью, ссылка спасла меня от Москвы в ее самые тоскливые годы, если судить по рассказам моих друзей и привычных.

Это какой временной отрезок?

Между 1982-м и 1985 годом, в то время, когда меня сперва арестовали, а позже сослали в Коми. К тому времени большая часть инакомыслящих ушли в личную судьбу либо сдались.

После этого началась перестройка, которую все привыкли упрощать, но в действительности это был сверхсложный процесс. Мы оперируем несколькими неспециализированными формулами (инакомыслящие, либералы, Горбачев), каковые по большому счету ничего не растолковывают.

В итоге отечественное общество забыло собственную историю — причем историю ближайшего периода, из которого нынешнее государство реально выросло. Корни большинства сегодняшних неприятностей происходят как раз из той эры 1960-1970-х годов, история которых до сих пор не написана.

Эра победителей

Исходя из этого у нас нет ни фильмов, ни кроме того сериалов, воздействие которых происходило бы в 1970-е годы?

Само собой разумеется.

В то время, когда снимают кино о 1950-х годах, то в том месте возможно выбор из двух линий: или про зэков, или про стиляг. А это была еще более большая и объемная эра, чем те же 1960-е, потому, что 1950-е годы во многом предвосхитили следующее десятилетие. Тогда в стране сформировалось общество победителей, и это было их заслуженное чувство.

Они победили великую войну и пережили Сталина.

В людях 1950-х годов больше эмоции собственного преимущества, чем в позднейших советских поколениях 1970-х, не говоря уже о более позднем времени. Они победили в самой ужасной войне в истории и ожидали от будущего большего, чем случилось. Мне повезло, что я рос как раз в данный оптимистический период, что хронологически весьма светло разграничен.

Столичные новоселы, 1961 год

 

Как как раз?

От смерти Сталина в первой половине 50-ых годов XX века до вторжения в Чехословакию во второй половине 60-ых годов XX века. Тогда сложился ясный тренд прогрессивного во всех смыслах процесса.

Уровень качества судьбы неспешно поднималось, не обращая внимания на все проблемы и трудности. Экономика росла впредь до начала 1970-х годов, в то время, когда показались первые показатели остановки.

Другими словами 1950-е годы были предтечей 1960-х?

Да, но не только.

Это была моральная эра. В обществе показался запрос к власти на человечность. Страна стремилась отыскать новые основания судьбы. К сожалению, это не получилось.

Что же произошло?

На рубеже 1960-1970-х годов, в то время, когда общество почувствовало и вправду сделала вывод, что кровавая часть отечественной истории сзади и возможно идти вперед, власть, выручая монополию на формирование повестки дня, затеяла полностью тщетную, глупую борьбу с интеллигенцией. Не смотря на то, что как раз сейчас в мире изменялась технологическая платформа, и СССР более всего нуждался в опоре на нее, он утратил целое поколение думающих людей. Тем более что уровень тогдашних начальников страны был, мягко говоря, низок.

Кстати, из-за чего? Это был итог долгой отрицательной селекции в советской элиты?

Непременно да. Это итог не только аппаратной селекции советской власти, а ожесточённой, целевой сталинской учения. Так как управление КПСС, ближний круг Сталина — это целиком и полностью его персональный отбор.

Любого из них он имел возможность сохранить либо стереть с лица земли, вторых вариантов у них просто не было. Причем это была недальновидная политика кроме того с позиций несложной целесообразности. Мао Цзэдун в Китае стёр с лица земли больше людей, чем Сталин в СССР, но со собственными политическими соперниками поступал умнее: их ссылали «на перевоспитание», а не убивали.

Исходя из этого будущий реформатор Дэн Сяопин смог пережить опалу, возвратившись из свинарника прямо в Политбюро.

Сталин задавал совсем иную матрицу взаимоотношений. В таковой совокупности выживали лишь трусы. И не смотря на то, что правительства и иные руководители партии в прошлом были люди храбрые и неординарные, пройдя через сталинскую мясорубку, они в морально-интеллектуальном отношении быстро деградировали.

Но совсем недопустимо, дабы таковой великой державой, как наша страна, руководили сломленные трусы, прошедшие отрицательную эволюцию.

 

 

Совместное совещание Совета национальностей и Совета Союза I сессии ВС СССР I созыва, 1938 год

 

1/2

диссиденты и Стабильность

Возвращаясь к 1970-м, возможно ли заявить, что они стали переломным моментом отечественной недавней истории?

Само собой разумеется, это было время громадного перелома.

Как раз тогда решался вопрос о том, продолжится ли поступательное развитие страны, начатое в 1950-1960-е годы. Но все по-своему опасались неопределенности будущего: и Политбюро, и интеллигенция, и рабочий класс. Тогдашние настроения в обществе напоминали воздух нулевых годов — люди желали стабильности и благополучия. Появился власти и негласный консенсус общества, основанный на больших стоимостях на нефть и обоюдном жажде пожить наконец в собственный наслаждение.

Таковой порядок вещей продолжительно многих устраивал.

Мало кто обращает внимание, что именно тогда случились большие трансформации в социальной структуре общества. Люди в массовом порядке из сёл переезжали в города, в городах — из бараков и коммуналок в малогабаритные, но отдельные квартиры.

У них появились новые запросы, каковые необходимо было удовлетворять.

Да, это была официальная теория — удовлетворение потребностей советских людей. В случае если взглянуть европейские фильмы 1950-1960-х, вы не заметите громадных бытовых отличий от советских.

Академик Юрий Пивоваров в интервью «Ленте.ру» назвал это обществом потребления вместо общества выживания.

Определение правильно, не смотря на то, что мало что растолковывает. Само собой разумеется, первые лица государства поняли необходимость обеспечить повседневные бытовые потребности людей. Если бы на эти темы заговорили с пламенными коммунистами 1920-х годов, они бы просто не осознали, о чем идет обращение. Но в 1970-е годы советские вожди и про себя не забывали — они неспешно приобщались к западным стандартам потребления.

То, что люди желали прекрасно жить, само по себе еще ни о чем не говорит. Советское общество 1970-х становилось потребительским, оставаясь идейным. Оно желало справедливости. Сейчас это тяжело осознать, потому, что провалилось сквозь землю всякое представление об актуальности сокровищ. Мы конфликтовали с страной по причине того, что оно не придерживалось декларируемых им сокровищ.

Мы спорили с советской властью как с идейным соперником. на данный момент все в противном случае — если вы сейчас выйдете на улицу и начнёте кричать про какие-то ценности, вас просто не осознают. Нынешнее государство бесценностно.

Другими словами основной претензией инакомыслящих 1970-х годов было несоблюдение СССР собственной конституции?

Сталинская конституция 1936 года была хорошей, в ней светло и емко были сформулированы главные права и свободы гражданина.

Пришедшая во второй половине 70-ых годов XX века ей на смену брежневская конституция была существенно хуже, потому, что была намерено так хитро сформулирована, дабы инакомыслящие не смогли на нее ссылаться.

Как сказал мой преподаватель Гефтер (Михаил Гефтер, коммунистический историк, диссидент и социолог — прим. «Ленты.ру»), в то время еще оставалась возможность советской альтернативы, и мы потребовали от страны ее признать. Мы же не боролись за политическую власть, а просто хотели, дабы советские вожди признали, что страна намного сложней, чем они думали.

Смерть советского общества

Как по большому счету вела себя интеллигенция в 1970-х годах? Из-за чего диссидентское перемещение в итоге все же выяснилось разгромленным?

В движении инакомыслящих было пара периодов.

Само собой разумеется, интеллигенция постоянно оставалась его ядром, но до конца 1960-х годов оно было широким и включало в себя среди них и многих коммунистов. По окончании вторжения в Чехословакию и безрадосно известного Пленума ЦК КПСС 1968 года «об обострении идеологической борьбы», по окончании погрома в гуманитарных науках и разгона редакции издания «Новый мир» в первой половине 70-ых годов XX века интеллигенция разделилась. «Шестидесятники» ушли из партии, предпочтя переждать бурю в партийном аппарате, а немногочисленную часть, не примирившуяся с новым идеологическим диктатом, позднее начнут именовать инакомыслящими. Это была уже более локальная публичная сеть, опирающаяся по большей части на самиздат.

Андропов создал несложную, но действенную разработку по нейтрализации диссидентского перемещения: активистов подвергали репрессиям, а людям с именами предоставлялась возможность выезда за предел, что для советских людей раньше было неслыханным. Хоть и не сходу, но эта совокупность сработала: одни садились, другие уезжали, и перемещение неспешно пошло на спад.

Эскалаторы столичного метро, 1986 год

Фото: Diomedia

Думаю, как раз в 1970-е годы советское общество потеряло последнюю возможность нового рывка. В то время, когда пришел Горбачев, было уже поздно.

Интеллектуально-нравственный и кадровый потенциал страны к тому времени был фактически исчерпан, и это большая катастрофа всего послевоенного общества СССР, которое не отыскало адекватной национальной адекватной цели и формы, отчего и погибло.

В то время, когда это произошло, в то время, когда это общество погибло?

Оно начало болеть и распадаться задолго до 1991 года. Опасаюсь, и данный процесс начался в 1970-е годы.

Получается, мы на данный момент живем на руинах того общества?

Мы к тому обществу по большому счету не имеем прямого отношения, мы в его доме. Мы — комиссия по ликвидации бенефициаров, пользующихся наследием советского общества: от места в Совете Безопасности ООН до инфраструктуры нефтегазопроводов.

Ностальгия по советской античности

Журналист Леонид Парфенов сказал, что все рассуждения о преемственности нынешней РФ по отношению к России имеют такое же отношение к действительности, как сравнение нынешней Греции с древней Элладой.

Правильно, но то же самое касается и сравнения современной России с СССР. Я постоянно говорил, что отечественный послевоенный период был эрой высокой советской античности.

Но, как во времена Римской империи, при всех ее достижениях, было не хорошо рабам, так и при СССР не легко появляться в статусе зэка. Однако, как Старая Греция, так и СССР останутся неповторимыми феноменами во всемирной истории.

С чем, по вашему точке зрения, связана нынешняя общая ностальгия по брежневской эре? Это запрос современного русского общества либо сознательная идеологическая установка действующей власти?

Имеется да и то, и это. Легко различить, где одно, а где второе.

А как?

Прекрасно заметно, в то время, когда люди отрабатывают собственные неинтересные обязанности. Достаточно пять мин. взглянуть на деятелей, призывающих нас припасть к духовным истокам, дабы убедиться в их полном лицемерии.

Но имеется и настоящая духовная ностальгия. Значительно чаще она появляется не у тех, кто жил при СССР, а у более молодых, мало опытных о том времени. Неизменно несложнее испытывать ностальгию по тому, о чем не имеешь понятия.

То, что нынешние начальники России взяли путевку в судьбу и сформировались как личности как раз в 1970-е годы, возможно, также имеет какое-то значение?

Само собой разумеется. Я по себе знаю, что по окончании с годами постоянно возвращаешься к чему-то надежному. А что более надежно, чем то, с чего начинал в юности?

Я на данный момент очень многое заново открываю в собственных 1960-1970-х. И Путину это характерно. К примеру, сейчас стал довольно часто цитировать Высоцкого. Он делает это честно, потому, что Высоцкий когда-то очень сильно оказал влияние на формирование его представлений о жизни — о чистом мире без коварства и измены, о благородной верности сильных людей.

1986 год, Москва

Фото: Владимир Яцин / ТАСС

Но все эти ветхие хорошие понятия не растолковывают настоящего. В нынешней России у людей большое количество различных заинтересованностей, каковые необходимо учитывать. Появилась вторая страна с совсем иным обществом, ее нельзя объяснить ностальгическими советскими формулами.

А у нас посредством средств массовой информации и ветхих кинофильмов формируется фальшивая историческая память о советском времени. Но все это нам никак не окажет помощь в начинающемся мировом кризисе.

А что нам окажет помощь?

Российская Федерация вступает в тяжёлый период новой политизации общества, где всем со всеми нужно будет договариваться. Нужно обучиться признать интересы различных людей, вырабатывать политические коалиции и вести постоянный диалог. Наконец, мы должны действительно заняться обустройством отечественной поразительно сложной и разнообразной страны.

Если не навести порядок в своей квартире, то Сирии мы точно не поможем.

Источник: lenta.ru