Как в Крыму реагируют на падение курса рубля

По окончании того, что происходило с курсом рубля на этой неделе, в Крыму, как и во всей России, тяжело отыскать магазин, парикмахерскую, офисную курилку либо приемную госучреждения, в которой бы беседы велись хоть о чем-нибудь, кроме курса рубля. Действительно, для крымчан сила денежных новостей очень сильно смягчается тем, что это уже третий раз в текущем году, в то время, когда их жизнь радикально изменяется.

Первый раз был весной, в то время, когда Крым переходил России и все предвкушали рост социальных уровня и выплат судьбы. Второй раз — по окончании начала военных действий в Донбассе, в то время, когда к эйфории от увеличения пенсий добавились гарантии безопасности и неприятие действий мэрии и горсовета Киева.

И вот сейчас, к Январю, дождались третьего раза — падения курса рубля, почему и эйфория, и праведный бешенство уступили место очевидным беседам о выживании и неспециализированному пессимизму, что улучшается прямо пропорционально обесцениванию национальной валюты.

Что ощущает Крым?

Обитатели Крыма, большая часть из которых в марте вправду поддерживали присоединение к Российской Федерации, на данный момент замечательно знают, что валютные неприятности России во многом позваны как раз возвращением полуострова в «родную гавань», а правильнее, санкциями западных стран по этому поводу.

И в случае если для Владимира Владимировича Путина Крым имеет огромное цивилизационное и сакральное значение (в собственном недавнем послании президент фактически прямым текстом сообщил «не отпустим, не дадим»), то для большинства населения материковой России — совсем не обязательно. Для простого россиянина личный кошелек значительно серьёзнее территориальных приобретений страны. И это не имеет возможности не печалить крымчан, каковые задают себе логичный вопрос: чем еще Российская Федерация готова пожертвовать для триколоров, реющих на берегу Черного моря?

Попросту говоря, у обитателей полуострова начинается чувство досадной неуверенности.

Это чувство улучшается еще и от того, что все крымские обменники до сих пор показывают эти не по двум, а по трем дензнакам: доллару и евро как гривне и международным валютам — как рабочий региональной валюте, благодаря которой продуктовое снабжение полуострова до тех пор пока совсем не превратилось в гуманитарную спецоперацию.

Уже давно было довольно много иронии по поводу быстро дешевеющей гривны. Крымчан распирала гордость: так как рубль, само собой разумеется, также падал, но далеко не так быстро, как украинские деньги. В случае если к концу сентября гривна по отношению к доллару упала с 8,5 до 14 (другими словами на 60%), то рубль за подобный временной отрезок утратил менее 20% собственной стоимости (с 34 до 40 рублей за американский доллар).

В последних числах Сентября за одну гривну в обменниках возможно было приобрести всего 2,6-2,7 рубля. Сейчас же, несмотря на то, что украинская валюта улетает в трубу (курс уже больше 16 гривен за один американский доллар), за одну гривну возможно взять минимум 3 рубля, а вдруг прекрасно побегать, то и 3,3-3,4 рубля.

Эта обстановка стала причиной тому, что на полуострове с понедельника начали скупать кроме того украинские банкноты, которым ни при каких обстоятельствах не доверяли. Большая часть банков реализуют валюту без особенных ограничений, но значительная отличие в направлениях долларов и евро в разных обменниках действует на крымчан гипнотически, уничтожая доверие к денежной совокупности Русского страны.

К примеру, в обед 17 декабря РНКБ (главный банк новой республики) брал/реализовывал американский доллар по цене 61,1/79,0; Крайинвестбанк — 66/95, Генбанк по большому счету отказался реализовывать доллары США — лишь брал по курсу 61,5, на горячей телефонной линии сотрудники банка весь день не отвечали, в то время, когда банк возобновит продажу валюты, не смотря на то, что это произошло на следующее же утро. Цена в частных обменниках была 65/77. И не смотря на то, что 18 декабря рубль начал неспешно крепнуть, успокоения эта новость не принесла — только не сильный надежду.

Не смотря на то, что в целом крымчане, каковые уже пережили один валютный провал в начале 2014 года, скинув тогда с рук горящую гривну, подошли к новому этапу валютного кризиса, как умелые бойцы: все, что возможно было перевести, — перевели заблаговременно. Доверие исчерпано, валюта скуплена, но на этом заканчиваются лишь видимые проблемы. Остаются неприятности стратегические.

Стратегическая безысходность

Крымчанам в отличие от обитателей другой России не требуется привыкать к резкому росту цен на товары. Они уже давно это сделали.

В то время, когда поступила информация, что в единственном на полуострове гипермаркете компании «Ашан» цены встанут в среднем на 10%, местные отреагировали вяло, поскольку таких увеличений уже было достаточно.

Отличие лишь в том, что раньше рост стоимостей был спровоцирован контрастом в стоимости товаров в Российской Федерации и на Украине (в ходе больного перехода из одного страны в второе), и дорогой логистикой. Сейчас же к этому букету добавился еще один цветок — рост закупочной цены на продукцию от производителей, вызванный снижением курсу российской нацвалюты.

В падении курса рубля, само собой разумеется, мало приятного, и оно додаёт крымчанам неуверенности в будущем, но все равно не идет ни в какое сравнение с основным источником неопределённости и крымской неуверенности — с тем, что власти России до сих пор не приняли вразумительного ответа о том, как соединить полуостров с Россией. А это самый ожидаемый проект полуострова, что обязан решить базисные неприятности обеспечения и заодно ценообразования.

Керченский мост сейчас думается не восьмым чудесным образом света, а обычным миражем. Ни настоящего проекта строительства, ни согласованной идеи моста до сих пор нет. Это подтвердил президент РЖД Владимир Якунин, месяц назад объявив, что о настоящих сроках реализации, стоимостях и обо всем другом возможно будет сказать лишь по окончании окончательного проектирования.

Кроме этого в первых числах Декабря поступила информация, что камрад и олигарх президента Геннадий Тимченко в последний момент отказался участвовать в строительстве, растолковав это «через чур отсутствием проекта» и большими рисками как такового.

Неуверенность еще больше увеличивает то, что госслужащие с различных уровней власти начинают озвучивать вероятные другие мосту проекты. То представитель Крыма при президенте Георгий Мурадов заговорит о постройке модульного эластичного туннеля, то Торгово-промышленная палата Крыма предложит выстроить в Крым канатную дорогу с применением подъемника Роза Хутор — Горная деревня, что простаивает по окончании сочинской Олимпиады.

С тем же успехом возможно попытаться выстроить у Керченского пролива огромную катапульту либо сделать государственный заказ на разработку телепортатора.

Другими словами власти, «Наверное,» пробуют отыскать недорогое промежуточное решение проблемы. Раньше у Кремля не было ресурсов для стремительного строительства Керченского моста, а сейчас денег нет кроме того для мало-мальски активного старта подведения инфраструктуры. В сложившихся условиях с снижением курсу российской нацвалюты, повышением цен, понижением уровня настоящих доходов и полной неуверенностью в завтрашнем дне предложение ЦБ о выпуске «инфраструктурных облигаций» на постройку моста для физических лиц (так как проект будет прибыльным и когда-то совершенно верно окупится) выглядит легко насмешкой.

Параллельное измерение

Но самый увлекательный вопрос тут в том, как лояльны России остаются крымчане в ухудшающихся экономических условиях. В этот самый момент однозначного ответа нет. В случае если делать выводы по заявлениям властей, то оптимизм испытывать тяжело: чем посильнее пахнет важным финансовым кризисом, тем больше их слова кажутся оторванными от действительности, в которой находится и полуостров, и Российская Федерация в целом.

К примеру, глава Государственного совета Крыма Владимир Константинов в «тёмный понедельник» объявил, что регион «находится на пороге экономического рывка» — так и хочется задать вопрос, в какую пропасть.

Глава республики Сергей Аксенов, как бы подтверждая тезис собственного коллеги, 17 декабря сказал, что «Крым не пугают новые санкции ЕС» и Европа пострадает от ввода любых ограничений инвестиционного и курортного сотрудничества намного больше самого полуострова.

И однако, не обращая внимания на то что слова политиков не стыкуются с обстановкой на полках магазинов, настоящим уровнем заработных плат и котировками валют в пунктах обмена валют, помощь власти либо, по крайней мере, терпимость к ее действиям находится в Крыму так же, как и прежде на весьма большом уровне.

Возможно, негласный соглашение между новой его населением и элитой Крыма выполняется в главном пункте — обеспечении безопасности. До тех пор пока перед глазами крымчан стоит пример Донбасса, они готовы сконцентрировать все собственные силы на экономическом выживании, покинув поиск ответа на вечный вопрос «кто виноват?» национальным СМИ и конспирологам средней руки.

Андрей Самброс

Источник: slon.ru