Белорусов ждет налог на шопинг и замораживание вкладов?

Непопулярные меры смогут быть приняты уже в ближайшее время.

Декрет № 7 практически замораживает незадолго до деноминации рублевые вклады на год, валютные — на два.

Главная сущность декрета содержится во введении так называемых безотзывных депозитов, снять досрочно каковые возможно будет лишь с согласия банка, а вовсе не по требованию вкладчика, кроме того с утратой процентов, что было ранее гарантировано ему Банковским кодексом.

Вкладчику обязаны были выдать деньги в течение 5 дней.

Доходы, полученные от безотзывных рублевых вкладов, в случае если их срок образовывает не меньше года, и валютных — сроком как минимум несколько лет, не облагаются подоходным налогом. Для всех остальных депозитов, в случае если их ставка превышает ставку по депозитам «до востребования», вводится налогообложение подоходным налогом с доходов от вклада.

Декрет, что есть маленьким, думается несложным по содержанию и, разумеется, есть неотъемлемым элементом подготовки к деноминации, в действительности куда более многогранен по своим задачам и тем эффектам, каковые могут обнаружиться на денежном рынке, в социальной жизни и фискальной сфере граждан. Причем не только в ближайшей, но и в отдаленной возможности, поскольку, разумеется, принят не на один год.

уроки и История

Документ практически корректирует Декрет Лукашенко № 22 2008 года о гарантировании возврата всех вкладов во всех банках. Напомним, в прежние годы государство обеспечивало возврат вкладов только в национальных банках. В 2008 году были приняты трансформации в законодательство, каковые должны были обеспечивать возврат полной суммы вкладов в размере 5000 евро в эквиваленте в любом банке Беларуси.

Но грянул глобальный экономический кризис — и белорусская финансовая система столкнулась с замечательным оттоком вкладов, а валютный рынок — с резким скачком спроса. Дабы не обвалить денежную совокупность страны и в первую очередь госбанки, в которых пребывала главная часть вкладов, Лукашенко тогда подписал декрет. Причем отдельной строчком подчеркивалось, что вклады освобождаются от декларирования источников доходов. Это помогло нивелировать последствия 20-процентной девальвации, случившейся 2 января 2009 года, поскольку вкладчики выбирали банк исходя из размера предлагаемых процентов, а проценты покрывали убытки от девальвации, и доверие к банковской совокупности тогда вернуть удалось достаточно скоро.

Перед снижением курса 2011 года денежный рынок был разогрет огромным числом выданных рублевых кредитов, исходя из этого повышать ставки по депозитам не стали, а в то время, когда появилась угроза перевода и оттока вкладов их в валюту, продажу валюты.

По окончании двух девальваций 2011 года, обесценивших рублевые депозиты, уже возможно было повышать ставки для стабилизации денежного рынка. Но продолжительное сохранение их на самом высоком уровне создало ненормальную обстановку: высокорисковые ставки при формальном гарантировании возврата всех вкладов в произвольных суммах во всех банках. Экономика никак не имела возможности снабжать такие большие проценты, но их понижение имело возможность бы привести к новой обвальной девальвации.

Вводить ограничения на валютном рынке по окончании 2011 года власти кроме этого опасались, данный урок считался пройденным, и повторять его не хотелось.

Единственным разумным выходом из таковой ситуации казалось введение каких-то ограничений на снятие вкладов. Нужно заявить, что такие предложения много раз озвучивались начиная с 2008 года, в то время, когда все банки уравняли с позиций гарантирования возврата вкладов.

В большинстве случаев, звучали они из уст представителей больших госбанков: они предлагали или ввести безотзывные депозиты, или вводить штрафы за досрочное снятие вкладов, но Национальный банк высказывался против. Сейчас он, «Наверное,» дал разрешение, да и к тому же именно там, вероятнее, придумывали самые креативные ответы.

Необязательное замораживание

Но имеется громадное отличие в это же время, что предлагали в свое время банки, и тем, что сейчас предложило своим гражданам государство. При штрафов за досрочное снятие вкладов доход приобретали бы в первую очередь банки. Но сейчас государство забирает часть доходов от вкладов себе в виде налогов , если банки будут повышать ставки для отзывных депозитов, дабы не допустить оттекание вкладов.

Наряду с этим Национальный банк с 1 июня уже ограничивает банки в их жажде повышать ставки по депозитам за счет коэффициентов для создания резервов. Другими словами существенно расширить ставки, легко включив в них размер подоходного налога, банки не смогут.

Необходимо подчеркнуть, что подоходный налог с доходов, приобретаемых от вкладов, существует во многих государствах. В Беларуси такие доходы раньше ни при каких обстоятельствах налогами не облагались, что служило делу формирования ресурсной базы для банков за счет средств населения, которое в 90-е и начале 2000-х годов традиционно хранило накопления в «чулках». Исходя из этого введение налога на депозиты возможно было бы вычислять в полной мере оправданным, если бы к банковской совокупности было уже организовано полное доверие.

Но не напрасно государство не решилось обложить налогом каждые доходы, приобретаемые от вкладов, и сохранило «лазейку» в виде безотзывных депозитов, опасаясь ухода в «чулок».

Но так оно нарушило принцип равенства при налогообложении, в то время, когда с однообразных доходов люди платят однообразные налоги. В этом случае те, кто практически на время добровольно отказываются пользоваться собственными деньгами, налог не платят, а вот те, кто желает иметь возможность их применять при необходимости, должны будут заплатить налог или отказаться от дохода вовсе.

Исходя из этого данную меру нельзя назвать ограничением на снятие вкладов в привычном понимании, но вкладчика подталкивают так к необязательному замораживанию собственных денег.

Грабли поменяли на вилы

Еще одной изюминкой декрета есть то, что он принят как бы в тандеме с указом о деноминации. С одной стороны, помой-му мера оправданная, поскольку разумеется, что из-за заявленной деноминации многие попытаются перевести рублевый вклад в валютный, и данный процесс нужно как-то регулировать.

Иначе, деноминация, наверное, явилась только предлогом для введения ограничений на депозитном рынке, поскольку другие способы уже отработали собственный и их повторное применение смотрелось бы ветхими граблями.

Кроме тандема с указом о деноминации кроме этого просматривается сообщение с декретом о «тунеядцах» с последующим развитием его в инструкцию о контроле над доходами и расходами. Сейчас, в случае если принимается какой-то документ, где присутствует тема налогообложения граждан, он сразу же выясняется связанным с темой неработающих граждан, каковые живут «не по средствам». Декрет № 7 не есть исключением, поскольку кое-какие граждане стали позволять себе жить за счет доходов с депозитов либо, по крайней мере, так позиционируют собственный беззаботное существование, разрешающее им не принимать участие в финансировании затрат страны.

И не смотря на то, что большая часть из них эти деньги получили когда-то, дав налоги стране, государство им не имеет возможности забыть обиду пара лет запредельно высоких ставок, покрывающих и инфляцию, и девальвацию.

Исходя из этого одна из целей декрета — забрать подоходный налог с тех, кто попытается уйти от уплаты «налога на тунеядцев», прикрыться собственными сбережениями либо оправдать ими собственные «непомерные», согласно точки зрения налоговых органов, затраты.

Нет предела совершенству

Так, оказалось, что деноминация, заявленная за два дня до инаугурации, была только «цветочками», а уже через пара дней по окончании начала отсчета пятого срока созрели первые «ягодки».

Быть может, в ближайшее время мы возьмём богатый урожай ответов, лежащих в плоскости тотального контроля за доходами, движением и расходами граждан денежных средств.

Так, к примеру, для предотвращения вывоза денег с целью приобретения товаров за рубежом возможно наконец-то введен какой-то сбор, о котором Александр Лукашенко в далеком прошлом поручил поразмыслить. Сложно сообщить, в какой форме это возможно сделано, но опросы довольно ввозимых товарах на границе длятся.

Нельзя исключать, что будут расширены перечни тех, кому ограничен выезд за границу, и введены ограничения на вывоз валюты и усилен контроль за перемещением капитала в целом.

Если в скором будущем будет весьма сильное давление на валютный рынок, вероятны кое-какие ограничения и на приобретение-продажу валюты.

По крайней мере, контроль за валютчиками усилят совершенно верно.

Не исключена предстоящая постепенная отмена положений Декрета № 22 от 2008 года. К примеру, введение суммы, возврат которой гарантирует государство через агентство по возмещению вкладов, и введение декларирования средств при заключении депозитных контрактов на определенную сумму.

Из приятного — вероятны акции и скидки для стимулирования потребительской активности и увеличения спроса на отечественные товары.

Из немыслимого — от человека преклонного возраста, что пережил пара финансовых реформ и оставался верным рублевым вкладам на протяжении всех девальваций советского и постсоветского периода (имеется и такие вкладчики), довелось услышать, что по большому счету не так долго осталось ждать запрет на валюту. Другими словами она станет вне закона. Как в СССР.

Жили же…

Комментировать, а уж тем более разбирать такие предположения не будем, отметим только, что до деноминации мы услышим еще массу немыслимых слухов, каковые будут «направлять» население в нужную для помощи «экономической стабильности» сторону.

Источник: udf.by