Беларусь в самоубийственном цикле: жизнь от кредита до кредита

Но Москва не имеет возможности навязывать Минску собственные предложения на данный счет. Белорусский истэблишмент обязан сам дозреть до каких-либо реалистичных и поворотных ответов.

В ближайшую пятницу исполнится ровно месяц по окончании февральского 2016 года Высшего Государственного совета Союзного страны.

По этому случаю стоит напомнить, что главным итогом союзного саммита было выделение Республике Беларусь очередного кредита. Как раз об этом говорили А. Лукашенко 18 февраля (за чемь дней до ВГС), а 26 февраля повторил посол Российской Федерации в Белоруссии. Как было заявлено по окончании союзного саммита, для окончательного решения вопроса о выделении кредита потребуется «какое-то количество дней»… Кремль и российский Белый дом по этому поводу до сих пор не проронили ни слова.

Ясно, что термин «какое-то количество» не относится к сфере математики, а скорее к политике.

Ясно, что до тех пор пока российские деньги не поступили на квитанции белорусского Минфина, либо не ушли в счет погашения белорусских задолженностей русским партнерам (имеется и таковой вариант), белорусское управление на фоне того, что транш международного валютного фонда как-то уже «ускользнул» в апрель, на данный момент будет, затаив дыхание, всеми силами стараться ничем не прогневить самого надежного кредитора — Россию.

В это же время, стоит напомнить, что вопрос о выделении Беларуси русского кредита деятельно обсуждался на состоявшемся 26 января 2016 г. в Москве форуме «БелоРусский диалог», где отмечалось неоднозначность процесса постоянной денежно-ресурсной помощи Беларуси. Предположения были различными, иногда диаметрально противоположными. Но, настоящих денег все нет… Из-за чего?

Где кредит?

В первую очередь, стоит заявить, что, не обращая внимания на то, что русского кредита в закромах РБ до тех пор пока нет, все-таки имеются важные основания вычислять, что Беларусь все-таки его возьмёт. Однако, нельзя пройти мимо некоторых препятствий и проблем для отправки денег в Минск, каковые во многом носят политический характер и замечательно диагностируются из Москвы.

Во-первых, нужно напомнить, что обстановка в РФ остается сложной. В феврале было отмечено некое оживление экономики, но в целом дела остаются неудовлетворительными.

В создавшихся условиях выделить кредит для Беларуси очень сложно, поскольку нужно эти деньги у кого-то забрать, а таких статей без «брони» в русском бюджете не большое количество и они, в большинстве случаев, социален .

Как следствие, при кроме того выделения денег (говорят, что их уже будет очевидно меньше, чем 2 млрд. долларов), будет нужно растолковать гражданам России, у которых и без того достаточно проблем, что они «как-то перебьются», так как белорусам их деньги «нужнее». С учетом политики Минска по отношению к Москве (долгая практика подмены настоящих дел клятвами и заверениями), сделать это русским влияниям очень сложно.

В российской элите на данный момент бытуют мнения, что твёрдое противостояние между Западом и Москвой разрешило протестировать как партнеров по евразийской интеграции, так и «штатных союзников». Возможно заявить, что результат этого необычного кастинга неудовлетворителен, с чем белорусские СМИ, конечно не согласятся. Но в этом замысле стоит обратить внимание на вопрос о размещении в Беларуси русском авиационной базы, против которой дружно ополчились и белорусские власти и наподобие как противостоящая им оппозиция.

Русский авиабаза

На январской конференции «БелоРусский диалог» все представители Беларуси были едины в том, что «вам (России) база в Беларуси не нужна».

Вообще-то вопрос о необходимости базы в Беларуси ставит Генштаб русском армии, а не представители белорусского политического класса, но однако Минск имеет полное право отказаться принять базу союзника, что А. Лукашенко и сделал в октябре за пара дней до выборов в характерной ему манере: «Первый раз слышу!».

В итоге, на февральском саммите вопрос о базе по большому счету не ставился. Внимательное наблюдение за реакцией белорусского управления, на которое, без сомнений, произвела чувство пассивность Кремля по этому вопросу, разрешило заключить , что А. Лукашенко был кроме того разочарован тем, что ему не удалось поторговаться с Москвой по столь злободневной теме, дабы поднять собственный рейтинг в антироссийских кругах белорусского истеблишмента и на Западе.

Помимо этого, белорусские власти уже предвкушали счет, что они выставят «союзнику» за появление русских самолетов под Бобруйском. Но, Москва молчит и ничего не требует…

Неужто в Минске не осознали, что их -протестировали, как говорится, «на вшивость»? Неужто и по сей день кто-то в белорусских СМИ будет обиженно надувать щеки под предлогом того, что белорусского «союзника» в Москве «не уважили» — не поставили, не обеспечили, не сделали, не закупили… Так и хочется задать вопрос: Какой «союзник»?

Где вы видели «союзника»?

Вся эта история с русским авиабазой в РБ, косвенно и в очередной раз подтвердила тезис о том, что никаких радикальных различий между оппозицией и белорусскими властями нет, за исключением жажды перехватить приятель у приятеля власть.

Но нельзя не отметить да и то, что отказ А. Лукашенко разместить базу русских ВКС в момент, в то время, когда вертолёты и российские самолёты перебрасывались в Сирию (октябрь 2016 г.), нанес сокрушительный удар по имиджу Беларуси в Российской Федерации.

Имидж Беларуси в Российской Федерации

Во-первых, неприятность усугубляется тем, что так как и сами белорусские власти практически не трудятся с русским политическим классом, делая ставку на маргинальные слои населения России и такие же политические силы на русском политическом поле, обычно подменяя важный диалог с фаворитами точек зрения в русском истэблишменте культурными программами в стиле «два прихлопа – три притопа». В случае если учесть, что культурный потенциал России огромен и поразительно разнообразен, такая практика белорусов в Российской Федерации выглядит пара диковато и чересчур провинциально.

Во-вторых, обстановка в РБ остается очень неудовлетворительной.

С одной стороны, было бы несправедливо не подчернуть, что на данный момент в экономических ведомствах республики имеется в полной мере солидный интеллектуальный потенциал. Показалось новое поколение экспертов, которое имеет в полной мере реалистичное представление о сути социально-экономических неприятностей, каковые переживает Беларусь и талантливых представить последовательность предложений, адекватных масштабу стоящих перед республикой задач.

Но иначе, политика высшего управления республики продолжает приводить к беспокойству. Оно, не имея политической воли для начала реформ, судорожно ищет деньги и лишь деньги, оббивая пороги всех вероятных внешних кредиторов, и практически обдирая и без того очень небогатый личный народ сумасшедшими тарифами на услуги ЖКХ, налогами, практически лишением пенсий большой части населения (пенсионеры будут трудиться чтобы их внуки и дети имели возможность платить А. Лукашенко налог за тунеядство) и т.д.

Реалистичного выхода из кризиса белорусские власти, «Наверное,» сформулировать не могут, что говорит о безвыходной ситуации, в которой находится республика.

Для примера, возможно привести в чем-то близкую обстановку на Украине, где власти с одной стороны реально пробуют запустить сверхсложные реформы, включая налоговую и пенсионную (!), но не имеют критической массы помощи этих реформ в украинском обществе.

Иначе, опираясь лишь на правый сектор украинского политического спектра, представители которого в условиях жестко отформатированного украинского политического поля имеет необыкновенное право на места в Парламенте Украины, власти не в силах оптимизировать правительство Украины (заменить А. Яценюка). Страна расколота по целому последовательности секторов, что делает власти, каковые опасаются совсем «раскачать лодку», неспособными к решительным поворотам в собственной социально-экономической политике.

Дискуссия

Но, кроме того опираясь на украинский «опыт», пассивность белорусского управления требует собственной дополнительной «расшифровки». Ясно, что, учитывая практически монопольную экономическую зависимость РБ от РФ, тяжело потребовать от управления республики некоего прорывного замысла, пока российские экспертное сообщество и политический класс не завершили дискуссию о структурной перестройке экономики России. Но в также время, не следует забывать, что управление Беларуси и России исповедуют разные идеологии и ищут пути выхода из кризиса в разных, а время от времени и прямо противоположных парадигмах.

Более того, нет тайны и в том, что белорусское управление надеется на то, что российское управление непременно в обязательном порядке сменится, а в Кремль придут люди лояльные созданной в Беларуси социально-экономической совокупности. Так что нужно лишь подождать…

Последние два десятилетия белорусские власти неустанно пробуют навязать русскому истэблишменту белорусский «опыт» в ответе социальных и экономических задач, «забывая» о том, что в случае если Беларусь, десятилетиями опиравшаяся на практически неограниченную денежно-ресурсную помощь со стороны России, имела возможность претендовать на некие социальные удачи, каковые, но, скоро испарились в современных экономических условиях, то Российская Федерация ни при каких обстоятельствах никаких спонсоров не имела, долги ей никто и ни при каких обстоятельствах не списывал, кредиты не реструктуризировал, импорт по преференциальным стоимостям никакие «союзники» не снабжали.

Иначе, полноценную дискуссию о выходе республики из сложного структурного кризиса (чем-то напоминающего 2011 год) развернуть в республике по понятным политическим обстоятельствам — нереально. оппозиция и Белорусские власти друг друга «не видят», но наряду с этим и те и другие кивают на Россию.

Русскому управлению, которое со своей стороны замечательно осознаёт, что дальше сидеть и ожидать, пока власти республики придут в сознание от каких-то очередных китайских, европейских, турецких либо фантазий и туркменских надежд – контрпродуктивно, поскольку в любом случае финиш известен.

Он уже неоднократно наступал в белорусской экономике (пресловутая белорусская «стабильность»): люди берут штурмом обменники, переполненные поезда везут в Россию, где и без того изрядная безработица, белорусских гастарбайтеров, народ запасает сахар, тушенку-растительное масло и сгущёнку… А в итоге на порогах правительственных кабинетов в Москве снова и снова начинают мелькать хмурые и тусклые лица «семашек» — вестников с протянутой рукой из синеокой.

Непременно, что Россию, как главного кредитора, тревожит, что Беларусь втянулась в самоубийственный цикл: жизнь от кредита до кредита. Так жить запрещено… Но Москва не имеет возможности навязывать Минску собственные предложения на данный счет.

Белорусский истэблишмент обязан сам дозреть до каких-либо реалистичных и поворотных ответов, около которых в обязательном порядке обязан сложиться публичный консенсус. Диалог нужен.

Ответственность Москвы

Кое-какие смогут заявить, что «все в руках Москвы» и ей нужно просто не давать А. Лукашенко денег (кредитов). Дескать, в этом случае, никуда белорусский президент не денется и приступит к реформам.

Но, во-первых, нет ничего хуже и катастрофичней, чем простые ответы. Тем более в экономике и политике. К сожалению, эти примитивные представления, наровне с очень развитым иждивенческим инстинктом, практически господствуют в настроениях белорусского политического класса.

Во-вторых, не приобретая денежно-ресурсной помощи от России белорусский правящий истэблишмент, озабоченный лишь сохранением власти в собственных руках, нормально и умышленно вгонит народ в полную нищету и обанкротит республику. Наряду с этим правящая «семья» ничем не рискует, сваливая всю вину за провал иждивенческой белорусской экономической модели только на Россию.

Последствия этого будут иметь уже политический формат: шантаж России, «кинувшей на произвол судьбы братский народ», угрозы «совсем уйти на Запад» в украинском формате, появление в России уже не белорусских гастарбайтеров, а белорусских экономических беженцев, о которых будет нужно заботиться. Наряду с этим устойчивость режима А. Лукашенко лишь усилится.

В это же время, как неоднократно отмечал создатель этих строчков, Российская Федерация объективно заинтересована в суверенной и свободной Республике Беларусь, имеющей социальную стабильность и устойчивую экономику.

Получается, что более-менее «несложного» ответа белорусского ребуса у Москвы нет? Нет несложного ответа, но имеется варианты сложного и многофакторного сценария санации республики. Но, дабы его запустить, либо хотя бы представить, проект нужно обсудить в максимально широком формате, включая представителей не только белорусских правительства и их политических оппонентов, но и белорусского гражданского общества, и России и экспертного сообщества Беларуси.

Кому нужен диалог?

Конечно, кто-то может умышленно уклоняться от аналогичного диалога, как, например, в январе, перед первой конференцией это сделали представители белорусского перемещения предпринимателей.

По всей видимости, эти люди, претендуя на знание некой истины, не требующей участия и обсуждения в диалоге, рассчитывают, что национализм, что они столь яростно исповедуют, прокормит тысячи предпринимателей, покинувших собственные рабочие места на белорусских рынках.

Хотелось бы напомнить, что, во-первых, столичный формат диалога снимает многие препятствия и ограничения, каковые существуют в коммуникациях между политическими силами, действующими на внутреннем белорусском рынке.

Во-вторых, широкий формат диалога не оставляет возможностей тем политическим силам, каковые его игнорируют.

Их место – на обочине широкой политической дороги, ведущей к восстановлению республики.

Источник: udf.by