Алексей Кудрин о том, как лучше потратить сбережения простому человеку

Алексей Кудрин ушел с поста главы МинФина более четырех лет назад, но до сих пор остается одним из центральных спикеров в сфере экономики и политики.

19 марта он участвовал во второй Общероссийской семь дней денежной грамотности для молодёжи и детей, проводившейся в ходе проекта «Содействие увеличению уровня денежной грамотности населения и формированию денежного образования в РФ», что Министерство финансов реализует с 2011 года. Кудрин дал открытый урок экономической грамотности шестиклассникам собственной родной 17-й школы в городе Архангельске, а «Лента.ру» применяла это как предлог расспросить Кудрина о риске девальвации рубля и о том, как на протяжении кризиса обезопасить собственные накопления не предпринимателю, а рядовому гражданину.

«Кризис не преодолен до конца»

«Лента.ру»: Американский доллар понижается, нефть и рубль растут. Все выдохнули — кризис закончился?

Алексей Кудрин: Кризис идет. В начале 2014 года я заявил, что это будет полномасштабный кризис, но мне не верили. Все думали, что мы нащупали дно в конце первых трех месяцев 2015 года, позже — в середине 2015 года.

Сейчас оказалось, что целый год состоялся в условиях падения, и в начале этого года я заявил, что кризис не преодолен. В случае если стоимость одного бареля нефти останется на низком уровне, от 35 до 40 долларов за баррель, то и в текущем году мы будем замечать падение экономики от 1,5 до двух процентов. У нас еще процессы идут с замедлением: безработица улучшается, и кое-какие отрасли кроме того падают, не смотря на то, что большая часть отраслей, я думаю, подошли уже к стабилизации на низком уровне.

Кризис не преодолен до конца. Вторая добрая половина этого года, следующий год — это будет мягкий, весьма медленный, ползучий выход из кризиса.

Вы дали студентам и школьникам совет: хранить накопления в трех корзинах: треть в рублях, треть в долларах, треть в евро.

Одновременно с этим мы выяснили, что миллион — через чур мало, дабы тревожиться. С какой суммы простому человеку задавать себе вопрос, как хранить деньги?

В случае если меньше трех миллионов рублей сбережений, не следует играться в эти игры.

При сбережениях меньше трех миллионов рублей об этом возможно поразмыслить лишь в том случае, если вы желаете эти деньги отложить на год, а лучше на два — если вы их не планируете тратить.

Три миллиона по трем корзинам раскладываем — и забываем про них на несколько лет?

В принципе так.

Не смотря на то, что удобная обстановка может сложиться и раньше — через полгода, тогда вы захотите их переложить. Ну, а если не сложится, тогда вам лучше их не трогать.

А инвестировать нам во что?

Самое надёжное — долговременные депозиты облигации и банка большой либо национальной корпорации.

Валютные облигации.

Недвижимость падает в цене — время брать, реализовывать либо ничего не делать?

Понимаете, я не эксперт по рынкам недвижимости, они себя в кризис ведут весьма непредсказуемо. Возможно, на данный момент мы находимся на волне сдувания пузыря в сфере недвижимости.

Сдулся он совсем либо не сдулся — мне тяжело сообщить. Теоретически верно начать инвестировать в эту сферу, в то время, когда пузырь подсдулся либо сдулся. Но нужен экономический рост, дабы начался новый спрос на недвижимость.

Сейчас довольно много пустующей недвижимости — к примеру, офисных помещений. В то время, когда начнется экономический рост — сперва будут заполняться действующие мощности, а уже позже начнет расти спрос на новые. Исходя из этого с позиций инвестиций в недвижимость ближайшие два-три года будут не лучшим периодом.

Вы говорили о том, что кризис структурный.

Как простому человеку уменьшить влияние этих факторов на собственную жизнь?

С позиций правительства — это увеличение пенсионного возраста, и это коснется каждого. А вдруг сказать о собственной личной стратегии, то в для того чтобы рода кризис лучше осваивать новые профессии, подучиваться чему-то либо повышать квалификацию в рамках собственной профессии. Необходимо все время держаться на уровне более конкурентоспособном, чем средний.

Обучение — основная мера по борьбе с кризисом.

Другими словами в случае если у меня сбережений всего 200-300 тысяч — лучше не играться с бивалютной корзиной, а положить их в обучение?

В образование — да, это весьма хорошее ответ.

Будет ли новая девальвация рубля?

У нас имеется факторы, каковые будут продавливать девальвацию. Во-первых, это громадный недостаток бюджета.

Государство будет реализовывать Центральному банку собственные резервные фонды, каковые на данный момент сконцентрированы в виде валюты на квитанциях в банках; ЦБ будет печатать деньги и выкупать эти золото-валючные резервы у правительства. Так Национальный банк будет додавать денег в экономику. В этих условиях это может содействовать дополнительной девальвации, но Национальный банк будет за этим следить и стараться уменьшать финансовое предложение по вторым каналам, а также кредитование банкам.

Это не самый приятный баланс — увеличивать деньги через один канал и уменьшать через простой хороший канал. Такое у нас уже бывало. Но самое основное — в случае если данный количество задействования резервов будет громадным, громадная масса денег будет предоставляться в экономику, и это будет содействовать девальвации.

Вследствие этого большой недостаток бюджета есть причиной дополнительной девальвации рубля, другими словами недостаток нужно в течение хотя бы трех-четырех лет уменьшать.

Это указывает новый секвестр бюджета?

Либо увеличение налогов, которое, само собой разумеется, не скажется позитивно на росте.

Дадите прогноз, сколько будет стоить рубль к Январю?

Не рискну. Не желаю будоражить сознание.

На что больше похож данный кризис — на 1998-й, 2008-й либо, возможно, 1989-й?

В нем что-то имеется от 1998-го, но только кое-какие черты — девальвация. Но мы далеки от неприятности дефолта. У нас низкая долговая нагрузка.

По понижению доходов населения кризис ближе к 1998-му. Но что отличает его от 1998-го совершает ближе к 2008-му — экономика более зрелая. Во второй половине 90-ых годов двадцатого века мы имели еще незрелую рыночную экономику. на данный момент возможно заявить, что база рыночной экономики в Российской Федерации выстроена, высока гибкость реакции фирм на индикаторы рынка.

Кто ощущает, что инвестиции будут надежными, — инвестирует, кто ощущает издержки избыточные — уменьшает их.

А также это относится цене рабочей силы. В том месте, где комплектующие импортные дорогие, компании сходу уменьшают производство, как автомобильная индустрия. Эластичный курс смягчает кое-какие последствия для экономики, другими словами стремительнее заставляет привыкнуть к новым условиям.

Гибкость экономики, ее рыночный темперамент облегчил ее приспособление к любым внешним рискам — как стоимостям на нефть, так и санкциям. В этом смысле кризис не похож на другие, и я надеюсь, что это разрешит стремительнее выйти на последующий рост и стабилизацию.

Но необходимы, как вы говорили, изменения структуры.

Изменения структуры будут происходить в некоей степени по факту: структура экономики будет в основном заниматься новыми сервисами, они почувствуют в этом новые цены, новый драйв.

Это будет машинально происходить, не согласно решению правительства. Не смотря на то, что то, что мы пришли в кризис, — это именно отсутствие своевременного перемещения в этом направлении.

В случае если произойдёт облегчение режима санкций, хорошие трансформации в экономике будут стремительными?

Не стремительными, но постепенными.

В течение трех-четырех лет нам нужно восстанавливать — но мы полностью не восстановим — доверие, которое было до этого. Того новых компаний и потока инвестиций уже не будет, но в целом данный процесс начнется. Он будет медленным, но он будет.

Эффект от продуктового эмбарго возможно оценить — в плюс либо в минус?

Это непростой вопрос: имеется официальная позиция, что в плюс, и реально мы можем заметить рост некоторых отраслей.

Но реально то, что мы взяли более высокую инфляцию, что у нас жизненный уровень провалился, — это в минус. Но основной минус кроме того не в этом, а в том, что современные экономики в мире соревнуются качеством университетов, правил игры, сложившимися практиками. Люди должны не просто исполнять закон, но быть более действенными. Практики эффективности — это сложная вещь, ее выращивают.

В то время, когда правительство быстро меняет правила игры, а также во внешней торговле, это подрывает эти университеты, они становятся менее действенными.

Вот это громадная опасность. Мы не можем создать фирмам стабильные возможности. Из-за чего турецкий случай таковой болезненный? Целый регион, близкий нам по развитию и уровню торговли, внезапно был исключен из многих элементов отечественной торговли.

И мы до тех пор пока беспомощны перед тем, что это может произойти и еще с кем-то, в случае если данный кто-то поссорится с Россией. Это большой риск для русского экономики.

С Турцией-то что сейчас делать — обратно мириться?

Изначально не нужно было идти на такие экономические санкции, нужно было ограничиться дипломатическим выяснением взаимоотношений, в полной мере твёрдым, понятным и чувствительным, которое бы в меньшей степени затрагивало бизнес. Так как в то время, когда мы ограничиваем торговлю — мы бьем по бизнесу с обеих сторон, по русскому также.

А на данный момент, в то время, когда все уже случилось…

Я постоянно говорил, что нужно какой-то логики в политике придерживаться. В случае если управление выбрало эту политику — нужно направляться данной политике, пока не изменятся условия. То, что случилось, уже случилось, связи уже сложно наладить.

Нужен новый раунд восстановления взаимоотношений, что бы имел под собой понятные основания. Не нужно шарахаться.

«Мы трудимся на межпартийной базе»

Алексей Леонидович, в текущем году выборы, а возглавляемый вами Комитет гражданских инициатив (КГИ) выступил с массой инициатив, каковые имели возможность бы организовать хорошую предвыборную программу.

Будет ли Комитет принимать участие в выборах?

Мы четко определились еще в прошедшем сезоне, что мы не участвуем в предвыборных процессах, за исключением объективного экспертного мониторинга выборов. Сами мы не участвуем ни в написании программ, ни в помощи отдельных парламентариев.

Мы стараемся сохранить объективный сторонний взор на выборную совокупность в стране.

Однако уже как мы знаем, что кое-какие члены Комитета идут на выборы, в частности — одномандатниками.

У нас бывали такие случаи, в то время, когда кроме того в моссовет кое-какие из отечественных участников старались выдвинуться — допустим, Нечаев (Андрей Нечаев — министр экономики в 1992-1993 годах, выдвигался в 2014 году в МГД, но не собрал подписи; в его округе победил Леонид Зюганов, внук фаворита КПРФ — прим. «Ленты.ру»).

Но он являлся в один момент лидером партии «Гражданская инициатива». В персональном качестве любой в праве принимать участие в работе любой партии, принимать участие в произвольных партийных мероприятиях, но это не мероприятия КГИ. Мы как организация не участвуем в выборах. Более того, у нас люди из различных партий, с различными политическими взорами.

Мы всем говорим: отечественная деятельность — это совместные публичные проекты, каковые завлекают людей из различных политических спектров, мы трудимся на межпартийной базе, делаем дело, удачное для всех. Мы стараемся дистанцироваться от ассоциации с конкретной политической платформой, это помешало бы отечественному формированию как КГИ.

Другими словами выдвижение как от КПРФ, так и от «Единой России» для ваших участников не заказано?

Нет, это их личное дело.

Как вы оцениваете новый партийный проект бизнес-омбудсмена Бориса Титова? (Титов возглавит на выборах «Правое дело» — прим. «Ленты.ру»).

Я бы не желал его комментировать. Мне до тех пор пока непонятны кое-какие его цели.

Вы помой-му на одном поле: вы — за экономическое развитие, он — за небольшой бизнес…

По большому счету я поддерживаю те проекты, каковые поддерживают бизнес, но это следует сделать также бережно, исходя из этого я пока не выступаю. Никак не желаю комментировать, посмотрим.

Существует ли на этих выборах риск левого реванша — из-за кризиса?

«Полевение» партии власти происходит уже давно. Я когда-то разрешил себе заявить, что она превратилась из правоцентристской в левоцентристскую.

В этом смысле это какой-то левый разворот.

А было сообщено, что ЕР — единственная партия, которая идет на выборы с либеральной повесткой.

Экономическая часть президента и работы правительства — возможно сообщить, программа скорее центристов, но совсем не либералов. В том месте большое количество умеренных либералов, но в неспециализированном-то, само собой разумеется, они связаны неспециализированной политикой правительства и президента. И в случае если кроме того отдельные блоки аккуратной власти являются по своим политическим взорам правоцентристами, то неспециализированный курс партии — левоцентристский.

Это еще раз показывает, что у нас партию власти нельзя мерить мерками партии.

Я думаю, это скорее некое сообщество, которое выстроено по иерархическому принципу, с достаточно сжатой совокупностью независимой активности либо обратной связи. Это и не партия в полном смысле, и не чисто бюрократическая вертикаль. Это некое публичное образование.

Какие конкретно на данный момент у вас отношения с «Единой Россией»?

У меня с ней нет никаких взаимоотношений.

Неужто вас незадолго до выборов не приглашали ни в одну партию?

Не приглашали, по причине того, что я уже сказал, что не вхожу ни в какие конкретно партии. В конце прошлого года я сделал пара заявлений, что я не участвую в этом политическом цикле в политической борьбе, не вхожу ни в какие конкретно партии и не буду никакие партии поддерживать.

А по окончании этого цикла — по окончании выборов 18 сентября?

Я не комментирую данный вопрос.

Последний вопрос: выступая в собственной школе, вы отыскали в памяти, как по окончании восьмого класса на трудовой практике получили первые деньги.

А какое количество их было и куда вы их инвестировали?

Я матери их дал. Возможно, это был вклад в неспециализированные затраты семьи.

Я гордился тем, что первый собственный доход дал, но как мы его применяли — на данный момент уже не помню.

Источник: m.lenta.ru